журналист
Journalist
В статье исследуется участие неоязычников в политической жизни постсоветской России. До настоящего времени в подобных исследованиях преобладало внимание к ритуально-мифологическому аспекту неоязыческих практик, изучение «священных книг» и артефактов. По мнению автора статьи, вопреки стереотипам о склонности неоязычников к эскапизму, анализ показывает высокую политическую активность неоязыческих организаций. Организации неоязычников характеризует нацеленность на инфильтрацию в состав партий и организаций как левого (Российская коммунистическая рабочая партия (РКРП), КПРФ и созданный в 2012 году при этой партии «Русский лад»), так и националистического (Национально-державная партия России (НДПР), «Российский общенародный союз» (РОС), Национально-демократическая партия России), ультралиберального («ПарНаС», «Штаб Навального») и экологического спектра («Союз зелёных России»). Известен ряд случаев, когда лидеры региональных отделений политических партий одновременно выполняли и функции жрецов языческих культов. Например, лидер движения «Русский блок – Саратов» Павел Галактионов, секретарь Кировского райкома КПРФ Саратова Владимир Маслов, лоббировавшие в 2014–2017 годах создание в центре Саратова неоязыческого капища (в 2002 году с такими же требованиями к властям Москвы выступали столичные неоязычники под лозунгом: «Капищу на Поклонной горе — быть!»). Кроме того, в статье раскрывается влияние неоязыческих деятелей на праворадикальную молодёжную среду, приводятся обширные свидетельства на эту тему и исследуется отношение неоязычников (как идеологов, так и их рядовых последователей) к христианству.
The paper investigates the participation of neo-pagans in the political life of post-Soviet Russia. Until now, such studies have mostly focused on the rituals and mythology of neo-pagan practices and the study of their sacred books and artifacts. According to the author, contrary to stereotypes about the escapism of neopagans, the analysis shows that neo-pagan organizations are very active. Neo-pagan organizations are characterized by their focus on infi ltration into the parties and organizations, either leftist (the Russian Communist Workers’ Party, the Communist Party of the Russian Federation and the Russky Lad, created in 2012 within this party) nationalist (the National Power Party of Russia (NDPR), the Russian All-People’s Union (ROS), the National Democratic Party of Russia), ultra-liberal (PARNAS, Navalny Headquarters) or ecological (Union of Greens of Russia). There are a number of cases when the leaders of regional branches of political parties simultaneously performed the functions of priests of pagan cults. For example, the head of the Russian Bloc – Saratov movement Pavel Galaktionov or the secretary of the Kirov district Committee of the Communist Party of the Russian Federation in Saratov Vladimir Maslov, who in 2014–2017 lobbied for the construction of a neo-pagan temple in the center of Saratov. In 2002, the same claim was addressed by the capital’s neo-pagans to the Moscow authorities under the slogan, “Let there be a shrine on Poklonnaya Hill!” In addition, the paper reveals the infl uence of neo-pagan fi gures on the right-wing youth, provides extensive evidence on this subject, and examines the attitude of neo-pagans (both ideologists and their ordinary followers) to Christianity.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.