Котов Александр Эдуардович — доктор исторических наук, профессор Института истории Санкт-Петербургского государственного университета
199034, Санкт-Петербург, Менделеевская линия, 5
Kotov Aleksandr Eduardovich — Doctor of Historical Sciences, Professor of the Institute of History of St. Petersburg State University
5, Mendeleevskaya liniya, St. Petersburg, 199034
Устоявшийся в массовом сознании традиционный образ видного российского консерватора второй половины XIX в., знаменитого издателя «Московских ведомостей» М. Н. Каткова как «защитника традиционных ценностей» с самого начала подвергался сомнению. Ловкого оппортуниста, вовремя и ради личных амбиций поддержавшего власть, видели в нём представители самых разных идейных лагерей — либералы-западники, славянофилы, националисты из редакции «Нового времени». Притом что выступления в защиту Церкви в катковской публицистике и на страницах его изданий действительно присутствовали, в самой системе его идеологических воззрений они занимали далеко не первое, а во многом скорее инструментальное место — что в своё время не раз отмечали и славянофилы, и собственно церковные традиционалисты, такие как Т. И. Филиппов и К. Н. Леонтьев. Реабилитировала Каткова в этом отношении советская историография, в упрощённой форме указавшая на единство «либерального» и «консервативного» периодов его деятельности. Упрощённо-идеологизированный образ Каткова никуда не исчез и из современных исследований. Постсоветские, особенно консервативно настроенные, авторы нередко представляют Каткова последовательным монархистом-охранителем и не менее последовательным православным консерватором. Вместе с тем катковская политическая идеология предполагала превращение России в централизованное и гомогенное национальное государство европейского типа, в котором не было места никаким status in statu. Сохраняя безусловную лояльность Православной Церкви, московский публицист отказывал ей в политической субъектности. Пропагандируя же «русское католичество» и «русский иудаизм», Катков впервые в отечественной консервативной традиции отделил русскую национальную идентичность от религии как таковой и православия в частности.
From the onset, the traditional image of the prominent Russian conservative of the second half of the 19th century, the famous founder of the Moscow Vedomosti newspaper M. N. Katkov as a “defender of traditional values” was questionable. Representatives of various ideological camps: Westernist liberals, Slavophiles and nationalists from the editorial board of the Novoye Vremya newspaper were united in viewing him as a smart opportunist, who had chosen a convenient time for supporting the government to forward his personal ambitions. Despite the fact that speeches in defense of the Church could indeed be heard in Katkov’s journalism and his publications, in many ways they occupied rather an instrumental place in the system of his ideological views, which was far from the fi rst and which was repeatedly noted at the time by both Slavophiles and church traditionalists per se, such as T. I. Filippov and K. N. Leontiev. In this respect, Katkov came to be rehabilitated by Soviet historiography, which in a simplifi ed form argued the unity of “the liberal” and “the conservative” periods of his activity. This simplistic and ideologized image of Katkov is still present in modern research. Post-Soviet, especially conservative-minded, authors often tend to present Katkov as a consistent monarchist guardian and a no less consistent Orthodox conservative. And yet, Katkov’s political ideology assumed the transformation of Russia into a centralized and homogeneous national state of the European type, in which there could be no place for status in statu. Maintaining the unconditional loyalty to the Orthodox Church, at the same time the Moscow publicist denied its political subjectivity. By his propaganda of “the Russian Catholicism” and “the Russian Judaism”, Katkov came to be the fi rst one in the Russian conservative tradition to separate the Russian national identity from religion as such and Orthodoxy in particular.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.