Бадалян Дмитрий Александрович — кандидат исторических наук, старший научный сотрудник научно-исследовательского отдела книговедения, Российская национальная библиотека; доцент, Высшая школа журналистики и массовых коммуникаций Санкт-Петербургского государственного университета
191069, СанктПетербург, Садовая ул., д. 18
Dmitrii A. Badalian — Candidate of Historical Sciences, Senior academic researcher of Research Department of Bibliography, National library of Russia; Associate Professorof High School of Journalism and Mass Communications, Saint-Petersburg State University.
18, Sadovaya str, Saint-Petersburg, 191069
В статье рассмотрен ряд проблем, связанных с мировоззрением славянофилов 1840–1880-х гг. и их деятельностью, направленной на развитие у общества национального сознания: их отношение к петровским реформам, к славянскому миру и к революции. Отмечена роль славянофилов в развитии у общества православного мировоззрения и выработке основ будущего церковного устройства, а также представлено их отношение к лозунгу «Православие. Самодержавие. Народность». Рассмотрено отношение к славянофилам правительственных кругов и придворной «немецкой партии». Оспорено распространённое мнение, что славянофилы отрицали существование исторических предпосылок, вызвавших реформы Петра I, и желали возвращения России к допетровским обычаям. Стремление «московской партии» к развитию национальной культуры и формированию национального сознания вызывало постоянное противодействие апологетов европейского космополитизма. Это противодействие было тем сильнее, что таковые составляли заметную часть окружения Николая I (а затем Александра II) и петербургской аристократии. При этом Хомяков и его единомышленники избегали союзов и покровительства, способных нанести ущерб их независимости. Придворная «немецкая партия» не ограничивалась энергичной защитой интересов остзейского дворянства, но также вела борьбу с любыми попытками, направленными на формирование национального сознания. Последовательный противник славянофилов, она на протяжении десятилетий пользовалась постоянной поддержкой III отделения, а также ряда министров. Именно III отделение с начала 1840-х гг. организовывало кампании в прессе для дискредитации «московской партии» и вообще сторонников развития межславянского общения. Для ограничения влияния славянофилов их враги активно использовали цензуру, в том числе и духовную. В глазах верховной власти и общества их нередко стремились представить революционерами. Те же, напротив, являлись убеждёнными противниками революции, которую рассматривали как искажённую форму религиозного сознания. Единственной альтернативой будущей революционной катастрофе славянофилы считали учреждение в России совещательного Земского собора. Этот орган должен был воплотить их представления о народе как источнике власти.
The article researches a number of issues related to the Slavophile worldview in the 1840s–1880s and their work aimed at the development of the national consciousness in the Russian society: their attitude to Peter the Great’s reforms, to the Slavic world and to the revolution. The article also examines the role the Slavophiles had played in the development of the Orthodox outlook in the society and the foundations of the future Church structure, and their attitude to the slogan “Orthodoxy. Autocracy. Nationality”. It also considers the attitude to Slavophiles among the government circles and the so-called “German Party” at court. The article disputes the widespread opinion of the Slavophiles denying the existence of historical prerequisites that had caused the reforms of Peter the Great, and hankering after Russia’s return to pre-Petrine traditions. The desire of the “Moscow Party” for the development of the national culture and the formation of the national consciousness caused the constant opposition on the part of apologists of the European cosmopolitanism. The opposition was all the stronger because it formed a signifi cant part of the entourage of Nicholas I (and then Alexander II) and the St. Petersburg aristocracy. At the same time, Khomyakov and his associates tended to avoid alliances and patronage that could damage their independence. The so-called “German Party” at court did not limit its actions to vigorously defending the interests of the Baltic nobility, but actively struggled against any attempts to form the national consciousness. A consistent opponent of the Slavophiles, for decades it had enjoyed the constant support of the Third Department, as well as a number of ministers. And it was none other than the Third Department, that since the beginning of the 1840s had organized press campaigns to discredit the “Moscow Party” and general supporters of the development of inter-Slavic communication. To limit the infl uence of the Slavophiles, their opponents resorted to the active use of censorship, including its spiritual kind. With the Slavophiles being staunch opponents of the revolution, which they viewed as a distorted form of the religious consciousness, their enemies often sought to represent them as revolutionaries in the eyes of the supreme power and the society. The Slavophiles considered the establishment of an advisory Zemsky Sobor in Russia to be the only alternative to the future revolutionary catastrophe. This authority was meant to embody their ideas about the common people as a source of power.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.