Александр Владимирович Щипков — доктор политических наук, ректор РПУ св. Иоанна Богослова, профессор философского факультета МГУ им. М. В. Ломоносова
127051, Россия, Москва, Крапивенский пер., 4
Alexander Vladimirovich Shchipkov — Doctor of Political Sciences, Rector of Russian Orthodox University of Saint John the Divine, Professor, Faculty of Philisophy, Lomonosov Moscow State University
4, Krapivensky pereulok, Moscow, Russia, 127051
Самиздатский журнал «Община» (1978 год), как и подпольный Христианский Семинар по проблемам Религиозного Возрождения, чьим печатным органом он был, имел несколько задач. А именно: построить в СССР полноценную христианскую общину, воссоздать православное образование для мирян, вернуть людей от материализма и нигилизма к евангельским истинам. В статье анализируются все аспекты существования издания, включая редакционную политику, отношения с надзорными органами, с советской идеологией и с либерально-диссидентским окружением. При этом утверждается, что впервые после 1960-х годов усилиями издателей «Общины» и руководителей семинара (А. И. Огородников, В. Ю. Пореш и др.) в России было воссоздано социал-христианское мировоззрение, в рамках которого христианские истины становились основным критерием социальной и даже политической мысли. В то же время, по мнению автора статьи, «Общину», несмотря на её неподцензурность, нельзя назвать диссидентским изданием. Православные интеллектуалы, имевшие к ней отношение, не призывали к слому «режима», эмиграции и другим формам отвержения государства. Они лишь ставили целью постепенно воцерковить советское го сударство и советское общество: не исключено, что после этого изменения произошли бы сами собой. Неподцензурная социал-христианская мысль оказалась зажатой между двух сил: советских охранительных структур и либерально-диссидентским духовно-мировоззренческим прессингом. Социал христианские группы вынуждены были воспроизводить либеральные формы противодействия советскому режиму, идя в этом отношении по накатанному пути. Но эта зависимость шаг за шагом преодолевалась, и выход социал-христианства на свою собственную дорогу в конце концов привёл к расцвету идей православного социального традиционализма уже в 2010–2020-е годы. Наследство, оставленное «Общиной» нашим современникам, ценно прежде всего тем, что позволяет непредвзято взглянуть на предтеч сегодняшних православных традиционалистов.
The samizdat (“self-published”) journal Obshchina (Community) (1978), together with the underground Christian Seminar on the Problems of Religious Renewal for which it served as an official journal, pursued several interrelated aims: to build a genuine Christian community in the USSR, to restore Orthodox education for laypeople, and to lead people back from materialism and nihilism to the truths of the Gospel. The article examines various dimensions of the journal’s existence, including its editorial orientation, its relationship with state oversight bodies, its engagement with Soviet ideological discourse, and its interaction with the liberal dissident milieu. It argues that, for the first time since the 1960s, the work of Obshchina’s editors and the seminar’s leaders (A.I. Ogorodnikov, V.Yu. Poresh, and others) helped reconstruct a social Christian worldview in Russia in which Christian truths became the primary criterion for social and even political reflection. At the same time, the author contends that Obshchina, despite being uncensored, should not be classified as a dissident publication. The Orthodox intellectuals associated with it did not call for the overthrow of the regime, emigration, or other forms of outright rejection of the state. Rather, they sought to gradually bring the Soviet state and society into the life of the Church, in the expectation that broader transformations would then occur organically. Uncensored social Christian thought thus found itself caught between two forces: the Soviet security apparatus and the spiritual-intellectual pressure of the liberal dissident environment. Social Christian groups were often compelled to reproduce familiar liberal modes of opposition to the Soviet regime, although this dependence was gradually overcome. Their eventual emergence onto an independent path contributed to the later flourishing of Orthodox social traditionalism in the 2010s–2020s. The legacy of Obshchina is valuable above all because it allows for a more impartial view of the forerunners of today’s Orthodox traditionalists.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.