Николаев Николай Петрович — кандидат политических наук, магистр юриспруденции, религиовед, руководитель исследовательского проекта «Политэтика» (Москва), профессор НИУ ВШЭ, депутат Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации VII–VIII созывов.
Москва
Nikolay P. Nikolaev — Candidate of Political Sciences, Master of Jurisprudence, Expert in Religious Studies, Head of the “Polyethics” Project, Professor of the National Research University “Higher School of Economics” (HSE), Deputy of the State Duma of the Federal Assembly of the Russian Federation (VII–VIII Convocations).
Moscow
Николаев Даниил Николаевич — исследователь Школы политических наук и международных отношений Университетского колледжа Дублина, эксперт исследовательского проекта «Политэтика» (Москва).
Дублин
Daniil N. Nikolaev — researcher at the School of Politics and International Relations, University College Dublin, expert of the “Polyethics” Project (Moscow).
Dublin
Статья посвящена комплексному анализу дипломатических отношений Папского престола и Республики Узбекистан в XXI веке, а также религиозной деятельности Ватикана на территории этой страны с момента установления отношений в 1992 году. Несмотря на длительное присутствие и универсалистскую повестку, Ватикану не удалось достичь значительных успехов в укреплении своих позиций в этой светской постсоветской республике. В статье демонстрируются ключевые факторы, ограничивающие влияние католической дипломатии. К таковым авторы относят жёсткую государственную политику Узбекистана в религиозной сфере, строго регламентирующую деятельность религиозных объединений, историческую малочисленность и этническую обособленность католической общины, а также доминирующее положение Русской Православной Церкви в немусульманском религиозном ландшафте. При этом сам диалог между Ватиканом и правительством Республики Узбекистан остается на уровне технических контактов между МИД и нунциатурой, без визитов на высшем уровне. К ограниченным достижениям Ватиканской политики авторы относят создание минимальной церковной инфраструктуры, развитие социального служения через ордена и некоммерческие организации, а также участие в межконфессиональном диалоге. В статье делается вывод, что в условиях действующих ограничений стратегия Ватикана сместилась от евангелизации к поддержанию существующих общин и использованию легальных каналов «мягкой силы», таких как культура и благотворительность, что определяет перспективы отношений как стабильные, но без потенциала для прорыва. При этом из-за светской политики этой страны дипломатия Папского престола в республике ограничивается поддержанием межрелигиозного диалога.
This article offers a comprehensive analysis of diplomatic relations between the Holy Apostolic See and the Republic of Uzbekistan in the twenty-first century, as well as the Vatican’s religious activity in the country since the establishment of bilateral relations in 1992. Despite its long-standing presence and universalist agenda, the Vatican has achieved only limited success in consolidating its influence within this secular post-Soviet republic. The article identifies the main factors constraining the effectiveness and influence of Catholic diplomacy in Uzbekistan. According to the authors, these include the government’s strict regulation of religious life, which tightly controls the activities of religious organizations; the historically small and ethnically distinct Catholic community; and the dominant position of the Russian Orthodox Church within the non-Muslim religious landscape of Uzbekistan. At present, dialogue between the Vatican and the Government of Uzbekistan remains confined to technical-level contacts between the Ministry of Foreign Affairs and the Apostolic Nunciature, with no high-level visits. The authors highlight the establishment of a minimal church infrastructure, the development of social outreach through religious orders and nonprofit organizations, and participation in interfaith dialogue as some of the Vatican’s modest achievements. The article concludes that, under existing constraints, the Vatican’s strategy in Uzbekistan has shifted from evangelization toward sustaining existing communities and employing legally permissible forms of “soft power”, such as cultural and charitable initiatives. This dynamic defines the prospects of bilateral relations as stable yet lacking potential for significant advancement. Due to the country’s secular political framework, the Holy See’s diplomacy in Uzbekistan remains largely confined to maintaining interreligious dialogue.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.